jaime jaime
I’m laying down, eating snow.
Начать, пожалуй, стоит с того, что я искал эту книгу около года. В сентябре одна девушка посоветовала мне её прочесть, а дальше я рыскал по книжным магазинам, но нигде её не находил. До тех пор пока она совершенно неожиданным образом попалась мне на глаза: я часто рылся в коробках с книгами человека, который сдаёт мне квартиру. И я уверен, что этой книги там не было! Пока однажды, раздумывая, что бы мне почитать, не обнаружил её на самом верху стопки книг, покоившейся в коробке, которую я до этого перетряхивал множество раз. Магия, волшебство и фокусы.



Теперь, собственно, о книге. Она открыла мне глаза на Америку, наверное. Вернее - это единственная книга, зацикленная, построенная на Америке, которая мне действительно была интересна. Да, я читал Брэдбери в огромных количествах, читал других американских писателей, но никто из них не описывал ночной Нью-Йорк так, что я вспоминал мультфильмы о Бродвее, которые видел лет в 5; никто из них не пускался в путешествие по штатам, маленьким городкам, умирающим от засухи или тонущих в болотной тоске. Нигде, вы знаете, жители этих городков не выглядели такими настоящими.

Герои книги в основном вызывали у меня раздражение. Их глупые ошибки, их поведение, совершенно неуместное в данной ситуации. Их отношения с близкими. То, как они пользуются людьми. Очень классный приём, как мне кажется - автор пишет от лица четырёх персонажей. Они растут у нас на глазах.

Джонатан. Мальчик, выросший с отцом-хозяином кинотеатра и матерью-уроженкой Юга. В начале книги они являют собой почти идеальную семью. Почти - потому что мать беременна, но ребёнка она не хочет. Отец не замечает этого в своей эйфории. Ребёнок погибает, а Элис с трудом вытаскивают с того света. И вот тут их семья раскалывается. Из просто нежного, чувствительного мальчика Джонатан превращается в замкнутого ребёнка. Он часами сидит в спальне матери, где они раскладывают пасьянсы и рассказывают друг другу истории. Мать тоже погружена в себя. Постепенно она уходит в кулинарное искусство с головой. Отец же остаётся за бортом - теперь он сутками напролёт просиживает в своём кинотеатре. Год от года тот становится всё менее востребованным.


Бобби. Бобби, живущий с братом-наркоманом и родителями-школьными учителями. Брат подсаживает его на разную дрянь и учит жизни. Бобби 9, и он привычным жестом скручивает косяк. Каждую неделю, а то и чаще, они с братом пьют вермут на старом кладбище. Олицетворение смешного бунта против жизни их родителей - те хотели стать успешными, востребованными, любимыми, воспринимая учительскую карьеру как некую ступень, которую они вскоре перешагнут и забудут. А вот им уже четвёртый десяток, и они не умеют ни че го, кроме как дрыгаться под свою старомодную музыку, изображая бунтарей. В один из таких вечеров брат Бобби умирает по глупой случайности - и время останавливается. Бобби облачается в одежду и обувь брата, разрезает застывший в доме воздух. Отец тихо спивается. Мать тихо умирает через два года после смерти брата.

А потом они встречают друг друга, и начинается путаница, споткнувшаяся где-то на нелепом подростковом сексе и претензии на гомосексуальность, а затянувшаяся ещё на несколько десятков лет - пока они будут кочевать по чужим домам и кроватям, хоронить родителей, пытаться устроить карьеру и семью, заводить детей, задавать себе вопросы, искать ответы у других. Пока они будут открывать для себя странную в своей простоте истину - "страшно то, что взрослые теперь - мы".

Почему, думаю я, стоит читать эту книгу?
Потому что все герои её - глубоко несчастны. Несколько повседневно несчастны. Несчастны не теми трагедиями, которые уносят жизни миллионов людей, не смертельными болезнями или чем-то подобным. Они просто выросли - и не стали никем. Или стали никем - не важно, большой разницы нет. И они не могут с этим смириться. Винят прошлое, своих родителей, себя - но вот их время так же упущено, вот они танцуют под старомодные мелодии на крыше своей нью-йоркской квартиры.

Почему стоит её читать? Ради ощущения этого тотального несчастья, ради того, чтобы сочувствовать всем и каждому (потому что это непередаваемо). Они все трагически несчастны. Они умирают, рождаются, делают детей несчастными.
И остаются людьми - такими же простыми, понятными, как каждый из нас.

(И эта боль воистину гениальна).

@темы: книжечки, фотографии